Вси святии, молите Бога о нас!

14 (27) января 2010 года исполняется 1675 лет со дня преставления святой равноапостольной Нины, просветительницы Грузии († 335).

Святая равноапостольная Нина, просветительница Грузии, родилась около 280 года в городе Коластры, в Каппадокии, где было много грузинских поселений. Ее отец Завулон доводился родственником святому великомученику Георгию († 303; память 23 апреля). Он происходил из знатного рода, от благочестивых родителей, пользовался расположением императора Максимиана (284–305). Находясь на военной службе у императора, Завулон, как христианин, содействовал освобождению пленных галлов, принявших христианство. Мать святой Нины, Сусанна, была сестрой Иерусалимского патриарха.

Двенадцати лет от роду святая Нина пришла в Иерусалим вместе с родителями, у которых была единственной дочерью. По согласию родителей и дочери и по благословению патриарха Иерусалимского Завулон посвятил свою жизнь служению Богу в пустынях Иорданских, Сусанна была поставлена диаконисой при храме Воскресения Христова (Гроба Господня), а воспитание святой Нины было поручено благочестивой старице Нианфоре.

Святая Нина проявила послушание и прилежание и через два года, при помощи благодати Божией, твердо навыкла исполнять правило веры и с усердием читала Священное Писание. Однажды, когда она, плача, сопереживала евангелисту, описавшему распятие Христа Спасителя, мысль ее остановилась на судьбе хитона Господня (см.: Ин. 19, 23–24). На вопрос святой Нины, где пребывает хитон Господень, старица Нианфора рассказала, что нетленный хитон Господень, по преданию, отнесен мцхетским раввином Элеазаром в Иверию (Грузию), именуемую уделом Божией Матери.

Святой Нине часто приходилось слышать об этой стране от иудеев, поселившихся там и приезжавших в Иерусалим на праздник Пасхи. Узнав, что Грузия еще не просвещена светом христианства, святая Нина денно и нощно молилась Пресвятой Богородице: да сподобит ее увидеть Грузию обращенной ко Господу и да поможет ей обрести хитон Господень. Царица Небесная услышала молитвы юной праведницы. Однажды, когда святая Нина почивала после долгих молитв, Пречистая Дева явилась ей во сне и вручила крест, сплетенный из виноградной лозы, со словами: «Возьми этот крест, он будет тебе щитом и оградою против всех видимых и невидимых врагов. Иди в страну Иверскую, благовествуй там Евангелие Господа Иисуса Христа и обрящешь благодать у Него. Я же буду тебе Покровительницею». Пробудившись, святая Нина увидела в своих руках крест (ныне он хранится в особом кивоте в Тбилисском Сионском кафедральном соборе) и возрадовалась духом.

В другой раз Нине явился Спаситель и дал ей свиток, в котором было написано: Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28, 19). С восторгом поспешила Нина объявить своему дяде, патриарху Иерусалимскому, об этих снах и полученных ей повелениях. Патриарх и мать ее благословили святую на подвиг, к которому вдохновенно и неудержимо стремилась она, и Господь привел Нину совершить его. По пути в Грузию святая Нина чудесным образом избегла мученической смерти от армянского царя Тиридата, которой подверглись ее спутницы – царевна Рипсимия, ее наставница Гаиания и 35 дев († IV в.; память 30 сентября), бежавшие в Армению из Рима от гонений императора Диоклетиана (284–305). Укрепленная видениями ангела Господня, святая Нина продолжала свой путь и явилась в Грузию около 319 года. Слава о ней вскоре распространилась в окрестностях Мцхета, где она подвизалась, ибо проповедь ее сопровождалась многими знамениями. В день преславного Преображения Господня по молитве святой Нины во время языческого жертвоприношения, совершаемого жрецами в присутствии царя Мириана и многочисленного народа, были низвергнуты с высокой горы идолы Армаз, Гаци и Гаим. Это явление сопровождалось сильной бурей.

Войдя в Мцхет, древнюю столицу Грузии, святая Нина нашла приют в семье бездетного царского садовника, жена которого, Анастасия, по молитвам святой разрешилась от неплодства и уверовала во Христа. В скором времени она сделалась известной в окрестностях, потому что оказывала чудесную помощь страждущим. Больные во множестве стали приходить к ней, и святая Нина молитвой исцеляла их недуги и проповедовала о Христе. Слова ее, чудеса, совершаемые ею, добродетельная жизнь сильно действовали на окрестных жителей, и многие из них уверовали в истинного Бога. Авиафар, бывший прежде первосвященником, и его дочь, Сидония, по принятии христианской веры стали сотрудниками в распространении евангельского учения.

Святая Нина любила проводить дни и ночи в молитве под величественным кедром, под которым, по грузинскому преданию, был сокрыт в земле хитон Спасителя. На этом месте впоследствии воздвигли первый в Грузии христианский храм (вначале деревянный, ныне каменный собор в честь двенадцати святых апостолов, именуемый «Светицховели», что означает «Животворящий Столп»).

Святая Нина исцелила от тяжкого недуга грузинскую царевну Нану, которая, приняв святое крещение, из идолопоклонницы стала ревностной христианкой. Несмотря на чудесное исцеление супруги, царь Мириан (265–342), внимая наущениям язычников, готов был подвергнуть святую Нину жестоким мучениям. В то самое время, как вымышляли казнь святой праведнице, померкло солнце, и непроницаемая мгла покрыла место, где находился царь. Царь внезапно ослеп, а пораженная ужасом свита начала умолять своих языческих идолов о возвращении дневного света, но они были глухи, и мрак умножался. Тогда устрашенные единогласно воззвали к Богу, Которого проповедовала Нина. Мгновенно рассеялся мрак, и солнце все осветило своими лучами. Это событие совершилось 6 мая 319 года.

И царь Мириан, исцеленный святой Ниной от слепоты, вскоре обратился к истинному Богу. По совету Нины царь послал просить византийского императора Константина (306–337) прислать епископа и священников для совершения таинства крещения над народом. Прибывшего в столицу епископа с иереями и диаконами царь и весь народ встретили с великим почетом и радостью, и вскоре началось совершение Святого Крещения. Прежде всех принял Святое Крещение царь, за ним царица с детьми. После этого, приготовив крещальню у моста на реке Куре, епископ совершил водоосвящение и крестил всю знать царскую. Место это до сих пор носит название «Купели вельмож», а несколько ниже два иерея и диаконы крестили в то время весь народ, который принимал Святое Крещение усердно и стремился к этому поспешностью. Такое усердие происходило оттого, что народ хорошо помнил наставления святой Нины, говорившей им, что кто не примет крещение, тот не может найти вечного света. Таким образом, почти вся Карталиния, за исключением кавказских горцев, приняла Святое Крещение.

Вслед за тем царь отправил послов в Константинополь с просьбой к императору прислать в Иверию архитекторов для постройки храмов. Император хорошо принял послов, исполнил их просьбу и вместе с ними отправил в новопросвещенный край много архитекторов и иереев, вручив в распоряжение епископа большую сумму денег для постройки церквей.

Побуждаемая святым усердием, Нина продолжала проповедовать Евангелие. Она старалась распространять слово Божие между горцами и в сопровождении пресвитера Иакова и одного диакона отправилась к верховьям рек Арагви и Иори. И многие из горцев приняли Святое Крещение. Оттуда святая Нина прошла в Кахетию (Восточная Грузия) и поселилась в селении Бодбе в маленькой палатке на склоне горы. Здесь она вела подвижническую жизнь, пребывая в постоянных молитвах, обращая ко Христу окрестных жителей. В их числе была и царица Кахетии Соджа (София), принявшая крещение вместе со своими царедворцами и множеством народа.

Совершив свое апостольское служение в Грузии, святая Нина была извещена свыше о близкой кончине. В послании к царю Мириану она попросила его прислать епископа Иоанна, чтобы он приуготовил ее в последний путь. Не только епископ Иоанн, но и сам царь вместе со всем духовенством отправился в Бодбе, где у смертного одра святой Нины они стали свидетелями многих исцелений. Назидая народ, пришедший ей поклониться, святая Нина по просьбе своих учениц рассказала о своем происхождении и жизни. Этот рассказ, записанный Соломией Уджармской, послужил основанием жития святой Нины.

Приобщившись Святых Таин, святая Нина завещала, чтобы ее тело погребли в Бодбе, и мирно отошла ко Господу в 335 году. Царь, духовенство и народ, скорбя о кончине святой Нины, хотели перенести ее честное тело в Мцхетскую церковь, но не могли сдвинуть гроб подвижницы с избранного ею места упокоения. На этом месте в 342 году царь Мириан основал, а сын его царь Бакур (342–364) завершил и освятил храм во имя сродника святой Нины святого великомученика Георгия; позднее здесь был основан женский монастырь во имя святой Нины. Мощи святой, по повелению ее сокрытые под спудом, были прославлены многими исцелениями и чудесами. Грузинская Православная Церковь с согласия Антиохийского Патриархата причислила просветительницу Грузии к лику святых и наименовала равноапостольной.

3 (16) февраля 2010 года исполняется 725 лет со дня преставления благоверного князя Романа Угличского († 1285).

Святой благоверный князь Роман, Угличский чудотворец, родился 1 октября 1235 года. Он был младшим сыном угличского князя Владимира и княгини Фотинии, племянником святого князя Василька Ростовского (†1238). С детства святой князь Роман отличался любовью к молитве, послушанием родителям и прилежанием к чтению Священных книг. Он был утешением всему семейству.

Святому Роману было всего два года, когда Батый со своими полчищами двинулся на Русь. Узнав о приближении татар к Угличу, отец святого Романа увез его вместе со старшим братом Андреем в Новгород. Три года скитались они в Новгородской области и, когда татары уже совсем оставили Россию, возвратились домой.

В 1248 году, когда князь был во Владимире (где и умер в 1249 году), явились в Углич татарские ханские чиновники. Найдя, что Угличское княжество покорно хану, исправно платит дань, они поставили старшего сына князя Владимира Андрея управлять княжеством Угличским.

В 1261 году, по смерти старшего брата, святой Роман 26-ти лет принял на себя управление княжеством. С отеческой любовью заботился он о своих подданных и старался не столько об умножении княжеской казны, сколько о благополучии вверенного ему Богом княжества: строил и содержал больницы, странноприимные дома и богадельни. Многие люди из соседних княжеств, прослышав о милосердии, щедрости и благонравии святого князя Романа, переходили в его Угличский удел. Святой князь Роман Владимирович также много потрудился для украшения столицы своего княжества – города Углича. Он перестроил княжеский дворец, построил ряд общественных зданий. Заботился святой и о монастырях и храмах Божиих. В течение 24 лет своего правления он построил и украсил богатыми вкладами более 15 храмов.

Святой князь Роман Владимирович часто беседовал с опытными мужами того времени. Особенно он любил посещать монахов, ведущих благочестивую, подвижническую жизнь. В 1280 году скончалась жена святого благоверного князя Романа, княгиня Александра. С того времени он всецело посвятил себя подвигам поста, молитвы, благотворительности и благочестия. Каждый день святой Роман присутствовал на богослужении, много времени уделял чтению духовных книг.

Святой князь прославился также построением в своем княжестве нового прекрасного города, который был назван в его честь Романовым (ныне город Тутаев). Святой князь выбрал для него место на высоком берегу Волги. Там была заложена церковь в честь Воздвижения Честного Креста Господня. Святой князь сам указывал, где и что должно быть в городе построено.

Во время правления святого князя Романа Угличское княжество разрослось и укрепилось. Предвидя кончину, он созвал бояр и духовенство к своему ложу и завещал им жить в мире, любви и согласии, как родным братьям. После его смерти Угличское княжество перешло в удел ростовских князей, так как князь Роман умер бездетным.

Преставился к Богу святой князь Роман 3 февраля 1285 года и был погребен в церкви Преображения в Угличе. В 1486 году мощи святого Романа были обретены нетленными и перенесены в новую соборную церковь Преображения. По распоряжению святого патриарха Иова мощи были освидетельствованы в 1595 году Казанским митрополитом святителем Ермогеном, будущим Патриархом, после чего последовало прославление святого князя Романа. В 1605 году святые мощи князя Романа были сожжены поляками вместе с храмом, но частицы их сохранились.

В 1605 году Семеном Олферьевым и иноком Сергием было написано житие благоверного князя Романа, но оно погибло во время разорения Углича в 1609 году.

Первая служба святому составлена в Угличском Спасо-Преображенском соборе. Ко второй службе XVII века сделана приписка: «Лета 6793 (1285). Преставление святого благоверного князя Романа Угличскаго, нового чудотворца. А обретение честных мощей на основании храма во имя Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа Боголепного Преображения. А память святого благоверного князя Романа октября в 1-й день, на память святого Романа Певца. А проявление преславных чудес его лета 7113 (1605), февраля в 3-й день, на память святого праведного Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы. Повесть, стихиры же и каноны сотворены по благословению великого Святейшего кир Иова, Патриарха Московского и всея России, труды и тщанием Симеона Олферьева, да инока Сергия честныя обители Пресвятыя Троицы Даниилова монастыря Переяславля Залесскаго».

11 (24) февраля 2010 года исполняется 900 лет со дня преставления преподобного Пимена Многоболезненного, Печерского († 1110).

Преподобный Пимен с самого рождения страдал тяжелой болезнью. Неоднократно просил он родителей позволить ему принять иноческий образ, но они из любви к нему, желая иметь по своей смерти наследника, не соглашались. Но однажды преподобный так занемог, что родители уже и не надеялись на его выздоровление. Тогда, повинуясь необходимости, они принесли его в Киево-Печерский монастырь, прося преподобных отцов помолиться об избавлении их сына от болезни. Но сам страдалец, сознавая высокую ценность страданий, просил Господа о продолжении болезни, а также о пострижении его в иночество. И вот ночью ангелы в виде иноков совершили над ним чин пострижения. Некоторые из братии услышали звуки пения и, придя к преподобному Пимену, нашли его облаченным в монашеские одежды. В руке он держал горящую свечу, а постригальные волосы его оказались в раке преподобного Феодосия. Много лет провел преподобный Пимен в тяжелой болезни, так что прислуживающие тяготились им и часто оставляли без хлеба и воды, но он терпел все с радостью. Жалея братию, преподобный Пимен исцелил одного такого же расслабленного брата, взяв с него слово служить больным до самой смерти. Но тот обленился в служении, и его постигла прежняя болезнь. Преподобный Пимен вновь исцелил его с поучением, что больной и служащий больному получают равную награду. Двадцать лет провел преподобный Пимен в тяжелом страдании. За три дня перед смертью, как и предсказывал раньше, он стал здоров. В церкви преподобный простился со всей братией и причастился Святых Таин. Затем, поклонившись гробу аввы Антония, преподобный Пимен указал место для своего погребения и сам отнес к нему заранее приготовленный гроб. Там он указал на погребенных друг против друга иноков и предрек, что братия найдет погребенного в схиме без нее, так как инок вел жизнь недостойную ее; тот же инок, что был погребен без схимы, облекся в нее по смерти, так как много желал этого при жизни и был достоин. После кончины преподобного братия убедилась в прозорливости его слов. В день преставления преподобного Пимена было явление трех огненных столпов над трапезою, перешедших на верх церкви. Подобное событие описано в летописи под 11 февраля 1110 года, почему и днем кончины преподобного Пимена предполагается день 11 февраля 1110 года. Мощи преподобного Пимена почивают в Антониевой пещере.

24 февраля (9 марта) 2010 года исполняется 850 лет со дня преставления преподобного Еразма Печерского († 1160).

Преподобный Еразм подвизался в Киево-Печерской Лавре в XII веке. Любя благолепие дома Божия, он все труды свои и все, что имел, отдавал на украшение церковное, делая золотые и серебряные оклады на иконы Печерских церквей. Но и душу свою украшал он невещественным серебром и золотом иноческих добродетелей, чистотой и любовью, говоря вместе с пророком: Благ мне закон уст Твоих паче тысящ злата и сребра (Пс. 118, 72).

Однажды случилось ему немалое искушение. Истратив свое имение на украшение церкви, преподобный Еразм сделался совсем бедным, и все стали пренебрегать им. Злохитрый прелестник диавол начал тогда внушать ему, что он не получит никакой награды за потраченное на украшение церкви богатство, а лучше было бы раздать его нищим. Блаженный тогда впал в отчаяние и начал жить в нерадении и всяком небрежении, проводя дни свои бесчинно.

Но вот, Щедрый и Праведный, вспоминая прежние добродетели блаженного, спас его от погибели таким образом. Преподобный тяжело заболел. Находясь при смерти, лежал он с закрытыми глазами семь дней, едва дыша. В восьмой день пришли к нему все братия и, видя его тяжелую кончину, удивлялись, говоря: «Горе душе брата сего, ибо в лености жил он и во грехах, а ныне же видит нечто душа его и мятется, будучи не в силах выйти из тела». И вдруг блаженный Еразм встал, как будто бы не болел, сел и сказал братии: «Отцы и братия! Воистину как вы говорите, грешен я и не покаялся, но ныне явились мне преподобные отцы наши Антоний и Феодосий и сказали мне: "Мы молились о тебе Господу Богу, и Он даровал тебе время покаяния". Потом видел я и Пречистую Богородицу, как на иконе, имеющую на руках Сына Своего, Христа Бога нашего, и множество святых с Нею, и Она сказала мне: "Еразм! Так как ты украсил церковь Мою и возвеличил ее иконами, то и Я украшу тебя и возвеличу славою в Царстве Сына Моего, ибо нищих всегда имеете с собою, церковь Мою не везде имеете. Встань теперь, покайся и прими великий ангельский образ, в третий же день я возьму тебя к Себе, возлюбившего благолепие Моего дома"». Сказав это, блаженный Еразм начал исповедовать перед всей братией грехи свои без всякого стыда, затем пошел в церковь и был здесь пострижен в схиму, а в третий день, по слову Пресвятой Богородицы, отошел ко Господу.

Мощи преподобного Еразма почивают в Ближних, Антониевых, пещерах. Память его празднуется также 28 сентября и во 2-ю неделю Великого поста.

28 февраля (13 марта) (память переносится с 29 февраля) 2010 года исполняется 1575 лет со дня преставления святого преподобного Иоанна Кассиана Римлянина († 435).

Преподобный Иоанн Кассиан родился около 350 года в Марсели Галльской области – в Западной Римской империи. Отсюда произошло и название его «Римлянин». По месту рождения и языку, на котором писал, принадлежал Западу, но духовной родиной святого всегда был православный Восток. Иоанн принял иночество в Вифлеемской обители, расположенной недалеко от того места, где родился Спаситель. После двухлетнего пребывания в обители в 390 году преподобный с духовным братом Германом в течение семи лет путешествовал по Фиваиде и Скитской пустыне, черпая из духовного опыта многочисленных подвижников. Вернувшись в 397 году на короткое время в Вифлеем, духовные братья три года подвизались в полном уединении, а затем отправились в Константинополь, где слушали святого Иоанна Златоуста. Там же преподобный Кассиан принял сан диакона. В 405 году константинопольский клир направил преподобного в Рим к папе Иннокентию I во главе посольства искать защиты безвинно страдающему святителю.

В сан пресвитера преподобный Кассиан был посвящен у себя на родине. В Марсели он устроил два общежительных монастыря, мужской и женский, по уставу восточных обителей. В 417–419 годах по просьбе епископа Аптского Кастора преподобный Кассиан написал 12 книг «О постановлениях киновий палестинских и египетских» и 24 «Собеседования» с пустынными отцами, чтобы дать соотечественникам образцы общежительных монастырей и познакомить их с духом подвижничества православного Востока.

В 431 году святой Иоанн Кассиан написал свое последнее сочинение – против Нестория, в котором собрал против ереси суждения многих восточных и западных учителей. В своих сочинениях преподобный Кассиан основывался на духовном опыте подвижников и говорил, что «благодать далеко менее всего можно защищать пышными словами и говорливым состязанием, диалектическими силлогизмами и красноречием Цицерона».

Святой Иоанн Кассиан Римлянин мирно почил в 435 году.

6 (19) апреля 2010 года исполняется 1125 лет со дня преставления равноапостольного Мефодия, учителя Словенского († 885).

Святые равноапостольные первоучители и просветители славянские, братья Кирилл и Мефодий, происходили из знатной и благочестивой семьи, жившей в греческом городе Солуни. Святой Мефодий был старшим из семи братьев, святой Константин (Кирилл – его монашеское имя) – самым младшим. Святой Мефодий был сначала в военном звании и был правителем одного из подчиненных Византийской империи славянских княжеств. Пробыв там около 10 лет, святой Мефодий принял монашество в одном из монастырей на горе Олимп в Малой Азии. Святой Константин с малых лет отличался большими способностями и учился вместе с малолетним императором Михаилом у лучших учителей Константинополя, в том числе у Фотия, будущего патриарха Константинопольского. Святой Константин в совершенстве постиг все науки своего времени и многие языки, особенно прилежно изучал он творения святителя Григория Богослова. За свой ум и выдающиеся познания святой Константин получил прозвание Философа. По окончании учения святой Константин был назначен хранителем патриаршей библиотеки при храме святой Софии, но вскоре покинул столицу и тайно ушел в монастырь. Разысканный там и возвращенный в Константинополь, он был определен учителем философии в высшей Константинопольской школе. Мудрость и сила веры еще совсем молодого Константина были столь велики, что ему удалось победить в прениях одного из вождей еретиков-иконоборцев. После этой победы Константин был послан императором на диспут для прений о Святой Троице с сарацинами (мусульманами) и также одержал победу. Вернувшись, святой Константин удалился к брату своему святому Мефодию на гору Олимп, проводя время в непрестанной молитве и чтении творений святых отцов.

Вскоре император вызвал обоих святых братьев из монастыря и отправил их к хазарам для евангельской проповеди. На пути они остановились на некоторое время в городе Корсуни. Там святые братья чудесным образом обрели мощи священномученика Климента, папы Римского (†101; память 25 ноября). Там же в Корсуни святой Константин нашел человека, говорящего «по-русски» и сумел объясниться с ним на славянском языке, знакомом святому как уроженцу города Солуни, в предместьях которого проживало много славян. Таким образом святой Константин имел возможность познакомиться с диалектом славян проживавших в Корсуни.

После этого святые братья отправились к хазарам, где одержали победу в прениях с иудеями и мусульманами, проповедуя евангельское учение. На пути домой братья снова посетили Корсунь и, взяв там мощи святого Климента, вернулись в Константинополь. Святой Константин остался в столице, а святой Мефодий получил игуменство в небольшом монастыре Полихрон, недалеко от горы Олимп, где он подвизался прежде.

Вскоре пришли к императору послы от моравского князя Ростислава, притесняемого немецкими епископами, с просьбой прислать в Моравию учителей, которые могли бы проповедовать на родном для славян языке. Император призвал святого Константина и сказал ему: «Необходимо тебе идти туда, ибо лучше тебя никто этого не выполнит». Святой Константин с постом и молитвой приступил к новому подвигу. С помощью своего брата святого Мефодия и учеников Горазда, Климента, Саввы, Наума и Ангеляра он составил славянскую азбуку и перевел на славянский язык книги, без которых не могло совершаться Богослужение: Евангелие, Апостол, Псалтирь и избранные службы. Это было в 863 году.

После завершения перевода святые братья отправились в Моравию, где были приняты с великой честью, и стали учить Богослужению на славянском языке. Это вызвало злобу немецких епископов, совершавших в моравских церквах Богослужение на латинском языке, и они восстали против святых братьев, утверждая, что Богослужение может совершаться лишь на одном из трех языков: еврейском, греческом или латинском. Святой Константин отвечал им: «Вы признаете лишь три языка, достойных того, чтобы славить на них Бога. Но Давид вопиет: Воспойте Господеви, вся земля (Пс. 95, 1), хвалите Господа вси языцы (Пс. 116, 1), всякое дыхание да хвалит Господа (Пс. 150, 6). И в Святом Евангелии сказано: Шедше научите вся языки (Мф. 28, 19). Немецкие епископы были посрамлены, но озлобились еще больше и подали жалобу в Рим. Святые братья были призваны в Рим для решения этого вопроса. Взяв с собой мощи святого Климента, папы Римского, святые Константин и Мефодий отправились в Рим. Узнав о том, что братья несут с собой мощи святого Климента, папа Адриан с клиром вышел им навстречу. Святые братья были встречены с почетом, и папа Римский утвердил богослужение на славянском языке.

Находясь в Риме, святой Константин занемог и, в чудесном видении извещенный Господом о приближении кончины, принял схиму с именем Кирилл. Через 50 дней после принятия схимы, 14 февраля 869 года, равноапостольный Кирилл скончался в возрасте 42 лет. Отходя к Богу, святой Кирилл заповедал брату своему святому Мефодию продолжать их общее дело – просвещение славянских народов светом истинной веры. Святой Мефодий умолял папу Римского разрешить увезти тело брата для погребения его на родной земле, но папа приказал положить мощи святого Кирилла в церкви святого Климента, где от них стали совершаться чудеса.

После кончины святого Кирилла папа, следуя просьбе славянского князя Коцела, послал святого Мефодия в Паннонию, рукоположив его во архиепископа Моравии и Паннонии, на древний престол святого апостола Андроника. В Паннонии святой Мефодий вместе со своими учениками продолжал распространять Богослужение, письменность и книги на славянском языке. Это снова вызвало ярость немецких епископов. Они добились ареста и суда над святителем Мефодием, который был сослан в заточение в Швабию, где в течение двух с половиной лет претерпел многие страдания. Освобожденный по приказанию папы Римского Иоанна VIII и восстановленный в правах архиепископа, Мефодий продолжал евангельскую проповедь среди славян и крестил чешского князя Боривоя и его супругу Людмилу († 927; память 16 сентября), а также одного из польских князей. В третий раз немецкие епископы воздвигли гонение на святителя за непринятие римского учения об исхождении Святого Духа от Отца и от Сына. Святитель Мефодий был вызван в Рим, но оправдался перед папой, сохранив в чистоте Православное учение, и был снова возвращен в столицу Моравии – Велеград.

Здесь в последние годы своей жизни святитель Мефодий с помощью двух учеников-священников перевел на славянский язык весь Ветхий Завет, кроме Маккавейских книг, а также Номоканон и ряд святоотеческих книг.

Предчувствуя приближение кончины, святой Мефодий указал на одного из своих учеников, Горазда, как на достойного себе преемника. Святитель предсказал день своей смерти и скончался 6 апреля 885 года в возрасте около 60 лет. Отпевание святителя было совершено на трех языках – славянском, греческом и латинском; он был погребен в соборной церкви Велеграда.

6 (19) мая 2010 года исполняется 625 лет со дня преставления преподобного Михея Радонежского († 1385).

Преподобный Михей Радонежский был одним из первых учеников и келейником преподобного Сергия Радонежского. За кротость души и чистоту сердца преподобный Михей при жизни удостоился быть свидетелем явления своему великому наставнику Божией Матери. Однажды глубокой ночью преподобный Сергий, совершив молитвенное правило, сел немного отдохнуть, но, душою ощутив приближение чудесного явления, вдруг сказал преподобному Михею: «Бодрствуй, чадо, мы будем иметь чудное посещение». Едва произнес он эти слова, как послышался голос: «Се, Пречистая грядет!» Старец встал и поспешно вышел в сени, за ним последовал и преподобный Михей. Внезапно засиял свет ярче солнечного, и преподобный Сергий узрел Пречистую Деву, сопровождаемую апостолами Петром и Иоанном. Преподобный Михей пал ниц на землю и от страха лежал как мертвый. Когда преподобный Сергий поднял своего ученика, тот спросил: «Скажи мне, отче, что это за чудное видение? От ужаса душа моя едва не разлучилась от тела». «Подожди, чадо, – сказал он ученику, – и моя душа еще трепещет от этого видения». Когда наконец старец несколько успокоился, то послал Михея пригласить двух благоговейных мужей из братии – Исаакия молчальника и Симона экклесиарха. Те поспешили на зов своего старца-игумена, и он рассказал им и преподобному Михею о явлении Пресвятой Богородицы, бывшем в его келии. Святой Михей преставился ко Господу в 1385 году. Мощи его почивают под спудом в Троице-Сергиевой Лавре в небольшой церкви, устроенной и освященной 10 декабря 1734 года по указу Святейшего Синода, «в честь явления Богоматери преподобному Сергию», свидетелем чего удостоился быть преподобный Михей.

23 мая (5 июня) 2010 года исполняется 550 лет со дня преставления преподобного Паисия Галичского († 1460).

Преподобный Паисий был игуменом, а потом и архимандритом Успенского монастыря, располагавшегося недалеко от города Галича, на берегу озера. Более 70 лет подвизался здесь преподобный, много трудясь над благоустройством обители, восстанавливая ее после разрушений во время княжеских междоусобиц. Так, в 1433 году Успенский монастырь пострадал от распри между великим князем московским Василием Васильевичем Темным и его родным дядей Георгием Димитриевичем Галичским. Главную святыню обители – Овиновскую икону Божией Матери – великий князь тогда взял с собой в Москву. Однако икона чудесным образом вновь оказалась на прежнем месте. Это событие прославило икону, и многочисленные паломники приходили поклониться ей. Тогда по просьбе галичского князя Димитрия Красного, сына князя Георгия Димитриевича, преподобный Паисий заказал список чудотворного образа и сам отправился с ним в Москву просить у великого князя покровительства для своей обители. Святого игумена торжественно, при колокольном звоне, встретили великий князь, митрополит Московский Иона († 1461) и многочисленные богомольцы. Преподобный Паисий оставил в Москве принесенный им список чудотворной иконы Божией Матери. В знак благодарности великий князь выдал преподобному Паисию охранную грамоту, предписывавшую наместникам защищать Успенский монастырь от всяких нападений и заботится о его процветании. А святитель Иона за строгую подвижническую жизнь и многие иноческие добродетели возвел преподобного Паисия в сан архимандрита.

По прошествии многих лет было извещение преподобному о скором его исходе. Тогда начал он приготовлять к этому дню себя и братию, в непрестанных поучениях говоря им о смерти, воздушных мытарствах и о Страшном Суде Божием. Когда же приблизился день кончины, почувствовал преподобный малую болезнь и стал приготовляться всенощным бдением к Божественной литургии, чтобы причаститься Христовых Таин. После причащения лицо его просветилось небесным светом, все с изумлением смотрели на него, а старец сказал: «Помните ли слова мои, как я всегда говорил вам, что близок день Господень великий; день жития нашего уже приклонился к вечеру: вот ныне постиг меня сей день. Молю вас, и после моего отшествия терпите здесь ради Бога, как обещались в обители Пресвятой Богородицы, соблюдая веру до конца нашего подвига, да сподобитесь неосужденно достигнути горнего Сиона и поклониться воскресшему Христу». Плакали братия, разлучаясь с добрым наставником, который, утешая их, обещал за них молиться и говорил, что будет соблюдать обитель, если братия будут соблюдать заповеди Божии.

При самом исходе преподобный Паисий простерся на одре своем и осенил себя крестным знамением, творя предсмертную молитву: «Господи! В руце Твои предаю дух мой». Блаженная кончина преподобного Паисия последовала 23 мая 1460 года. В час кончины святого келия его и вся обитель исполнились благоухания. Со многими слезами погребли его братия в созданной им Успенской церкви, где находится и чудотворная Овиновская икона Божией Матери.

Успенская обитель после кончины святого была названа его именем. К лику святых преподобный Паисий был причислен, вероятно, в XVII веке, когда ему была составлена служба.

29 мая (11 июня) 2000 года, 10 лет назад, были обретены святые мощи преподобного Иова, в схиме Иисуса, Анзерского († 1720).

Преподобный Иов Анзерский родился в Москве в 1635 году, в царствование Михаила Феодоровича, и по рождении был наречен Иоанном. О родителях его ничего неизвестно, кроме того, что отца его также звали Иоанном. По достижении совершеннолетия Иоанн Иоаннов был рукоположен во иерея, и врожденная в душе его ревность к добродетельной жизни выказалась тогда в полном свете. Богослужения иерей Иоанн совершал всегда с особым благоговением, а искренним отношением к прихожанам привлекал сердца многих. Обладая умилительным голосом, он иногда пел на клиросе. Кроме священнического отец Иоанн исполнял еще и иноческое молитвенное правило. Находясь в миру, он сердцем всегда стремился к уединению, посту и молитве.

Будущий анзерский отшельник все силы отдавал пастырскому служению. Лица из всех сословий находили у него помощь и поддержку. Он посещал болящих и заключенных, ходатайствовал перед власть имущими за неправедно осужденных, входил в личные заботы многих, иногда даже появлялся в кругу простых москвичей в обычной мирской одежде, что давало ему возможность узнавать в беседах их надобности и тревоги и потом оказывать нуждающимся помощь. Большую часть своих доходов иерей Иоанн употреблял на милостыню, почти ничего не оставляя себе.

Молва о милосердном священнике достигла слуха царя Петра. Он призвал его ко двору, сначала для служения в придворной церкви, а затем иерей Иоанн Иоаннов был назначен духовником государя и царской семьи. Своим благочестием отец Иоанн заслужил расположение всех высочайших особ. Пользуясь благоволением двора, он имел возможность оказывать щедрую помощь.

Особым вниманием отца Иоанна пользовались узники темниц. Тем, кто заключен за долги, он нередко давал деньги на уплату долга. На Пасху и в дни больших праздников он посещал заключенных, каждого встречая обычным христианским приветствием и угощая заранее заготовленным угощением. По городу стали ходить слухи о благотворительной деятельности отца Иоанна, и он начал посещать тюрьмы преимущественно в ночное время. Через некоторое время он вновь уединился в своем доме, тяготясь молвой и подозрительностью горожан. Помогать страждущим он не переставал, но делал это чаще с помощью своих честных и добросовестных помощников.

Отец Иоанн достиг уже преклонных лет, когда начались невзгоды. Три месяца он тяжело проболел, находясь во время болезни в постели без движения. По прошествии времени здоровье возвратилось к нему, и снова он стал допускать к себе приходящих, никого не оставляя без внимания. Следом за болезнью настал час испытания. Когда началось «дело вора Гришки Талицына» отец Иоанн был оклеветан. Гришка во время исповеди открыл батюшке свое злоумышление, а отец Иоанн, сохраняя тайну исповеди, не донес об этом начальству. Во время допросов Гришка объявил, что он исповедался пред духовником. На отца Иоанна донесли Петру I, который счел обвинения против духовника обоснованными и приказал отправить шестидесятилетнего старца к Холмогорскому архиепископу Афанасию для пострижения в монашество на Соловках. 13 марта 1701 года старец прибыл в Холмогоры к Преосвященному Афанасию, имея при себе царскую грамоту. Добрый архипастырь, приняв его по-братски, препроводил в Соловецкий монастырь с грамотой от себя, в которой писал, чтобы Иоанна постригли и отдали на послушание опытному старцу.

3 апреля 1701 года отец Иоанн был пострижен в соборном храме архимандритом Фирсом, с наречением ему в монашестве имени Иов, и «с духом кротости и упования на Промысл Божий» начал он считать архимандрита Фирса своим новым пастырем. Архимандрит определил отца Иова в послушание к опытному старцу Ионе. «Предав себя всецело в волю своего старца, он, по мере своих сил, начал трудиться с твердым желанием угождать во всем Господу Богу, и постом, ночным бдением, покорностью и смиренным послушанием изумлял всю братию».

Во время смиренного прохождения послушаний отец Иов был неоднократно искушаем врагом рода человеческого. Так его взору часто представал хорошо известный ему врач, который говорил: «Ты, при старости своей, работаешь черноризцам, как купленный раб, не привыкши прежде к таким трудам. Не следует тебе так трудиться и потому, что ты священноинок. Довольно с тебя и того, что, оставив славу и честь в мире, ты пришел в убожество и принял на себя тяжкие труды ради пищи. Я даже удивляюсь, как ты можешь принимать суровую пишу после сладких брашен». Преподобный отвечал на это: «Пост есть мать целомудрия, – ты внимай себе с подобными».

Многие труды и подвиги преподобного расположили к нему сердце настоятеля и братии. Его признали опытным монахом, освободили от монастырских послушаний и разрешили пребывать в келье одному и внимать своему спасению. Безмолвствуя в тишине своей кельи, отец Иов занимался непрестанно Иисусовою молитвою, чтением Евангелия, Апостола, Псалтири, жития преподобных Зосимы и Савватия и рукоделием. Петр I, удостоверившись, что бывший духовник его был оклеветан, хотел возвратить отца Иова ко двору, но старец просил позволить ему остаться на Соловках.

Желание еще большего безмолвия овладело им, и он в 1702 году переселился по благословению архимандрита Фирса в Анзерский скит. Считая себя среди скитской братии только лишь пришедшим послушником, он всем служил и особенно старался помогать немощным. Преподобный проводил в скиту благочестивую и подвижническую жизнь. Зная это, Холмогорский архиепископ Варнава предложил ему должность строителя и настоятеля скита, когда прежний строитель Анзерского скита скончался. Преподобный Иов из послушания принял это назначение. Созвав в соборную церковь братию, отец Иов совершил молебен с коленопреклонением и сказал братии умилительное поучение.

На новом поприще преподобный усугубил труды и подвиги. Несмотря на возраст, он постоянно трудился, первым являлся к церковной службе и послушаниям, и уходил последним. При нем было впервые составлено иноком Макарием житие преподобного Елеазара Анзерского. Во вкладной книге Анзерского скита Макарий написал также и похвалу Иову. В этих словах упоминается и о том, что в бытность свою строителем Анзерского скита преподобный «трудолюбно попечеся изыскати разнесенное и во едино восхоте собрати расточенное, и богомудренно памятством своим возстави издавна забвенное». Им была воссоздана библиотека, приведена в порядок ризница, составлены списки живых и почивших благотворителей и жертвователей скита. Число братии в скиту в скором времени достигло 30 человек. Устав был строгим. Новоначальных принимали, не рассматривая происхождения и богатства, но предупреждая о трудностях. Желавшие жития еще более безмолвного, по благословению отца Иова, уходили в пустынные кельи. Старец часто посещал их, побуждал к пустынным подвигам и давал рукоделие. По дару прозорливости, он иногда обличал пустынножителей в погрешностях прежде, чем они каялись ему.

В 1710 году старец Иов был вызван в обитель архимандритом Фирсом и за строгую подвижническую жизнь удостоен пострижения в схиму с именем Иисус в честь Иисуса Навина. Иеросхимонах Иисус нередко удалялся в пустынные места, и часто посещал пустынножителей, уделяя время духовным беседам.

Однажды, 18 июня, он находился у иеродиакона Паисия, очень уважаемого им пустынника, который жил у подножия высокой горы. На этой горе часто пребывал в уединении преподобный Елеазар. После беседы строитель пожелал пробыть некоторое время в одиночестве, и отец Паисий отвел его в особую келью. До самой ночи преподобный Иов молился и читал псалмы с коленопреклонением. Утрудившись, он сел, и в тонком сне вдруг увидел в келье своей необыкновенный свет и в сиянии небесной славы Пресвятую Богородицу и с Нею преподобного Елеазара Анзерскаго. В благоговейном страхе, встав с места, он поклонился видению до земли. При этом услышал голос Царицы Небесной: «Эта гора отныне называется второю Голгофою; при ней будет устроена великая каменная церковь Распятия Сына Моего и Господа, и учредится скит для тебя с двумя учениками, схимонахом Матфием и монахом Макарием, скит назовется Распятским, соберется к тебе множество монахов и прославится имя Божие. Я Сама буду посещать гору и пребуду с вами вовеки». С этими словами видение кончилось. Но в то же время послышался с высоты другой голос: «Освяти гору Голгофу и поставь на ней крест!» 29 июня, в праздник святых апостолов Петра и Павла, иеросхимонах Иисус пришел с учениками Матфием и Макарием из Анзерского скита на гору Голгофу, освятил гору и поставил крест, и вслед за этим поставил молитвенную храмину для всенощного бдения. С этого времени преподобный Иов начал заботиться об устроении скита на горе Голгофе.

В 1713 году он отправился к Холмогорскому архиепископу Варнаве просить благословения на устройство церкви и скита на Голгофе. Грамотой от 15 июля 1713 года архиепископ благословил возведение двух каменных церквей, на горе – в честь Распятия Господня, и другой – под горою, на самом месте явления Пресвятой Богородицы, – в честь Успения Ея. Той же грамотой разрешено было устроить скит и наименовать его Распятским, а гору именовать Голгофою.

Старец с радостию встретил повеление архиепископа, но в скором времени вынужден был перенести немалые скорби. Возведению храмов препятствовали различные обстоятельства, и преподобный вновь обратился к архиепископу уже за благословением на возведение одной небольшой церкви. Преосвященный Варнава грамотой от 18 сентября 1714 года благословил построить на горе малую деревянную церковь в честь Усекновения главы Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.

После получения последней грамоты старец навсегда сдал строительство Анзерского скита и перешел с несколькими учениками на гору Голгофу. Вскоре ученики преподобного соорудили на горе небольшую деревянную церковь, которая была освящена в честь Распятия Господня, согласно грамоте Преосвященного от 15 мая 1715 года. Освящал храм соловецкий архимандрит Фирс.

Известие о строительстве скита и о видении блаженного старца достигло слуха Петра I. Государь много помогал своему бывшему духовнику. Последовало повеление об отпуске из архангельских государственных хлебных магазинов ежегодного довольствия. При самом начале устройства скита, в 1714 году, от царевны Марии Алексеевны поступило в Голгофский скит богатое пожертвование: драгоценная утварь, облачения и книги с клеймами. Была пожертвована икона Успения Божией Матери, в позолоченной ризе, и в ней был вкладной ящик со многими мощами. По величине эта икона равна была чудотворной иконе, находившейся в Киево-Печерской Лавре. До революции эта пожертвованная царевной икона находилась над Царскими Вратами в Успенском соборе Соловецкого монастыря.

Царица Параскева Феодоровна, вдовствующая супруга царя Иоанна Алексеевича, прислала, в числе других пожертвований, сто рублей на строительство храма, от Меньшикова было послано сто червонцев. Особенное попечение о ските было у царевны Марии Алексеевны. В соловецком патерике приведено ее письмо к Соловецкому архимандриту Фирсу: «Писано прежде сего к пречестности вашей, дабы старательство имели о всяких припасах, как о кирпиче, так и о других надлежащих нуждах в Свято-Распятский Анзерский скит, к хотящей быти Распятия Господня каменной церкви, и ныне просим: да попечение имеете к оному Богом избранному и прославляемому месту…». Завершение данного письма также говорит о внимании царевны к Голгофо-Распятскому скиту: «Повторяя, просим и повелеваем, дабы прилежное попечение и радение об оных нуждах имели, за которое радение Всемилостивый Господь да воздаст вам. И мы остаемся должны. Прочее же пречестности вашей святым молитвам себя предаем».

Внимание двора обернулось большим несчастьем для скита: о вкладах прослышали лихие люди, и скит в 1718 году подвергся страшному разграблению. Братию нещадно избили и разогнали, имущество было вывезено. В этот час скорби преподобный постоянно находился в келье и молился о сохранении братии. Старец упрекнул возвратившихся в малодушии, и иноки тогда же дали обещание ему никогда не выходить из скита, даже если бы пришлось там умереть.

В скит приходили новые люди. В приеме не отказывали никому, но, по правилам скита, новоначальный должен был сам себе построить келию. Помимо насельников скита, в различных местах острова жили другие отшельники, которые собирались к старцу для совершения богослужения и на исповедь.

Преподобный несмотря на преклонные лета сам заботился обо всех, приходил надолго к больным и даже жил вместе с заболевшим, пока тот не выздоравливал. А если келарь вопрошал его, нет ли кого-либо праздного для такого-то послушания, то преподобный нередко отвечал: «я праздный, пойду и поколю дрова» или «принесу воду». Из одежды он довольствовался только двумя свитками, власяной, жесткой, на теле, и другой, худшей, которая покрывала первую.

В течение всего Великого поста старец не покидал своей кельи, постоянно пребывая в молитве. Из этого затвора он выходил лишь перед самой Пасхой.

Для своих учеников и будущих насельников скита он составил устав, более строгий по сравнению с монастырским. Коровьего масла, молока и рыбы не полагалось, общая трапеза должна была состоять из огородных овощей, с употреблением в меру растительного масла.

За свою богоугодную жизнь старец был удостоен особых откровений. По молитве ему было явление Пресвятой Богородицы с преподобным Елеазаром Анзерским и двумя ангелами.

Соловецкий патерик повествует о том, что молитва старца имела особую силу. Так, однажды он прозрел появление около кельи людей, вознамерившихся ограбить его. Преподобный, оканчивая молитвенное правило, попросил о том, чтобы был послан сон «утрудившимся в суетном угождении врагу». Пришедшие спали беспросыпно пять дней, пока сам старец с братией их не разбудили. Воров хотели отдать под суд, но преподобный упросил не наказывать их, и, раскаявшись, они целое лето трудились на пользу братии.

Годы протекали за годами, и многопотрудившийся старец, не оставляя обычной заботы о пользе ближних, стал приуготовляться к переходу в вечность. Блаженный старец задолго до смерти объявил братии, что кончина его последует в воскресный день до восхода солнца. Подвижник заболел тяжелой болезнью, и совершенно изнемог под бременем ее. Три дня и три ночи он лежал недвижим. Почувствовав неожиданно облегчение от болезни, старец встал с одра, совершил последний раз Божественную Литургию и причастил своих учеников.

Даже на смертном одре он не оставлял своей заботы о ските. Он передал Анзерскому строителю Спиридону и насельникам скита средства на строительство храма. Преподобный по совету с братией оставил строителем после себя своего ученика отца Макария.

Один из иноков был свидетелем святой кончины преподобного. В эти минуты на лице умирающего образовалась видимая перемена: с устремленным к небу взором лицо его сияло необъяснимым спокойствием и радостию. Он пребывал недвижим в молчании и как будто с кем-то душевно беседовал. Вдруг молчание свое старец прервал восклицанием: «Благословен Бог отцев наших! Если так, то уже не боюсь, но в радости отхожу от мира сего!» С этими словами в келье явился необыкновенный свет, разлилось великое благоухание и слышны были пресладкие гласы, воспевающие псаломский стих: Яко пройду в место селения дивна, даже до дому Божия, во гласе радования и исповедания, шума празднующаго (Пс. 41, 5). Ученики услышали приятное духовное пение и, полагая, что началось в церкви утреннее богослужение, поспешили в церковь, – но нашли ее запертою. В недоумении они начали прислушиваться к пению: оказалось, что оно происходило в келье умирающего.

Скитские иноки похоронили старца на самой горе. В скором времени над гробницею старца была устроена часовня и на надгробной доске изображен лик преподобного. После постройки в 1828 году каменного храма святые мощи его находились под спудом в храме Распятия Господня, в приделе с северной стороны.

В 2000 году, 29 мая / 11 июня, святые мощи были обретены в северном приделе храма в честь Распятия Господня, ныне они находятся в храме Воскресения Христова.

Память преподобного Иова, в схиме Иисуса, Анзерского, Соловецкого чудотворца († 1720) совершается: 6 марта, 29 мая – обретение мощей преподобного Иова и 9 августа, в день празднования Собора Соловецких святых.

26 (9) июня исполняется 625 со дня преставления святителя Дионисия, архиепископа Суздальского († 1385).

Святитель Дионисий, архиепископ Суздальский, в миру Давид, был пострижеником Киево-Печерской обители, откуда с местным благословением – иконой Божией Матери с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием – прибыл на Волгу. Недалеко от Нижнего Новгорода святой Дионисий выкопал пещеру и подвизался в полном безмолвии. К святому подвижнику постепенно стекалась братия, и он около 1335 года основал монастырь в честь Вознесения Господня. Учениками святого Дионисия были преподобные Евфимий Суздальский († 1404) и Макарий Желтоводский, Унженский († 1444). В 1352 году святой старец послал двенадцать человек из своей братии в «верхние грады и страны, идеже Бог кого благословит» для духовного просвещения народа и основания новых обителей. Высокое благотворное влияние оказывала обитель святого Дионисия на жителей Нижнего Новгорода. В 1371 году святой постриг в монашество сорокалетнюю вдову князя Андрея Константиновича, по примеру которой приняли монашество многие знатные «жены, и вдовицы, и девицы».

В 1374 году святой Дионисий был удостоен епископского сана. Годы его святительского служения падают на знаменательное время – Русь поднималась, чтобы сбросить татарское иго. 31 марта 1375 года плененный жителями Нижнего Новгорода татарский военачальник, оказавшись на епископском дворе, выстрелил из лука в святителя Дионисия. Но Господь хранил Своего избранника – стрела задела лишь епископскую мантию. В 1377 году по благословению и, возможно, под редакцией святителя Дионисия иноком Лаврентием была составлена знаменитая Лаврентьевская летопись, вдохновлявшая Русь на освободительную борьбу.

В 1379 году, оберегая честь первосвятительской кафедры, святитель Дионисий, один из всех епископов, собранных в Москве по повелению князя, выступил против избрания в митрополиты княжеского ставленника – печально известного архимандрита Митяя.

В том же 1379 году святитель Дионисий уехал в Константинополь с протестом по поводу намерения избрать Митяя и по делу еретиков-стригольников. На греков святитель произвел сильное впечатление своей высокой духовной настроенностью и глубоким знанием Священного Писания. Патриарх Нил, называя святителя «воистину Божиим и духовным человеком», писал, что сам видел его «пост и милостыни, и бдение, и молитвы, и слезы, и вся благая ина». Из Константинополя святитель Дионисий прислал для соборов Суздаля и Нижнего Новгорода два списка с иконы Пресвятой Богородицы «Одигитрии». В 1382 году святитель получил от патриарха титул архиепископа. Вернувшись на Русь, святитель ездил в Псков и Новгород для борьбы с ересью стригольников. Вторично он посетил Константинополь в 1383 году для обсуждения с патриархом вопроса об управлении русской митрополией. В 1384 году святитель Дионисий был поставлен патриархом Нилом «митрополитом на Русь». Но по возвращении в Киев святитель был схвачен по приказанию киевского князя Владимира Ольгердовича и подвергнут заключению, в котором скончался 15 октября 1385 года. Погребен святитель в «киевской пещере великого Антония». 26 июня память святителя Дионисия празднуется ради тезоименитства с преподобным Давидом Солунским, имя которого он носил в миру. В Синодике 1552 года Нижегородского Печерского монастыря святитель Дионисий назван «преподобным чудотворцем».

18 (31) июля 2010 года, 850 лет назад, отошел ко Господу преподобный Иоанн Многострадальный Печерский († 1160).

Преподобный Иоанн от самой юности много страдал, мучимый похотью плоти. Пришедши в Печерский монастырь, он стал трудиться по чину святого ангельского иноческого образа, но, сильно разжигаемый похотью, весьма много претерпел ради своего спасения. Часто целую неделю святой совершенно не принимал никакой пищи и жаждой умерщвлял себя. Бывало, целыми ночами не спал. В таком состоянии провел он около трех лет, но так и не нашел покоя. Тогда он пошел в пещеру, где был положен преподобный Антоний († 1073) и пробыл день и ночь в молитве у его гроба; и вот услышал голос преподобного: «Иоанне, Иоанне! Подобает тебе здесь затвориться в пещере, да невидением и молчанием упразднится брань, и Господь поможет тебе молитвами преподобных Своих». Тогда святой Иоанн затворился в этом тесном и скорбном месте и пребывал здесь тридцать лет. Все это время он боролся со страстями и помыслами телесными, удручая тело свое постом и бдением. Обуреваемый плотскими страстями и, не зная, как изгнать их, решил он, сняв одежду, наложить на тело тяжелые вериги. Однако и этого было недостаточно. Тогда святой выкопал глубокую яму по самые плечи и с наступлением Великого поста зашел в нее, засыпал себя песком, оставив свободными только руки и голову. И так, угнетаемый землей, пробыл он весь пост, не двигая ни единым суставом. Много пакостей творил преподобному диавол, желая изгнать его из ямы. Он поразил страшной болезнью ноги Иоанна. В светоносную ночь Воскресения Христова, увидел святой страшного и лютого змея, дышащего пламенем и искрами. Змей напал на него и, вложив голову и руки в свою пасть, опалил волосы на голове и бороде. Находясь в гортани того змея, преподобный возопил из глубины сердца: «Господи Боже, Спасе мой! Вскую оставил мя еси, ущедри мя, Владыко, яко Ты еси един Человеколюбец, избави мя от поглощения врага сего: воздвигни силу Твою и прииди во еже спасти мя, блесни молнии Твоя и прожени его, да исчезнет от лица Твоего». Тотчас свет Божественный блеснул, как молния, и лютый змей исчез. И тогда услышал Иоанн голос Божий: «Иоанне, Иоанне! Вот была тебе помощь – смотри же, будь внимателен к себе, дабы не случилось что-либо худшее в будущем веке». Святой поклонился и сказал: «Господи, почто мя оставил еси зле мучима быти?» Отвечал голос: «По силе терпения твоего Я испытал тебя, дабы, искушенный огнем, явился чистым, как золото. Ибо выше силы Бог не попускает человеку искушений, дабы не был он поруган змием лукавым; но премудрый господин вручает крепким и сильным рабам великие и тяжкие дела, немощным и слабым – легкие. Ты же, чтобы избавиться от брани похоти телесной, помолись преподобному Моисею Угрину, да облегчит тебя от страсти блудной, ибо он более Иосифа Прекрасного сотворил и может помогать страждущим страстью сей». Иоанн стал взывать: «Господи! Помилуй меня молитвами преподобного сего». И явился тогда неизреченный свет, не требующий свечи ночью и днем. Все приходящие к преподобному Иоанну видели воочию его утешение и насыщались этого света, осветившего его в ночь Воскресения Господня, ради будущего вечного света.

Много раз приходил к преподобному Иоанну, затворившемуся в пещере преподобного Антония, некто от братии, боримый наветом диавольским на вожделение плотское, и просил святого, дабы помолился он ко Господу об ослаблении его страсти. Преподобный Иоанн говорил ему: «Брате! Мы сами пригвождаем ум наш к плотолюбию, поэтому Господь праведным судом Своим попускает на нас и страсти, ибо мы никогда не творим плодов достойных покаяния. Если же прибудешь здесь, во святом монастыре, то будешь подобен мужу, стоящему далеко от пропасти, и уже враг не в силах будет низринуть тебя. Так Господь за терпение твое изведет тебя от рова страстей и от брения нечистоты. И сему преподобному Моисею помолись, и он поможет тебе». Затем, помолившись вместе с братом и взяв одну из костей от мощей преподобного Моисея, блаженный Иоанн дал ее ему, говоря: «Приложи это к своему телу». Тот поступил так и тотчас же ощутил, что разжжение угасло, и все страсти блудные в плоти омертвели. Тогда вместе – блаженный и брат – воздали хвалу Богу и угоднику Его Моисею, совершающему и по смерти чудеса.

Провидя свою блаженную кончину, преподобный Иоанн Многострадальный так же закопал себя в ту яму, в которой однажды подвизался, и там мирно почил около 1160 года, 18 июля. Мощи святого Иоанна стали неоскудевающим источником исцелений от блудной страсти. Они почивают в Ближних (Антониевых) пещерах.

20 сентября (3 октября) 2010 года исполняется 725 лет со дня преставления святого благоверного князя Олега Брянского († 1285).

Святой Олег Брянский (в Крещении Леонтий) был сыном благочестивого брянского князя Романа Михайловича, внуком святого Михаила Всеволодовича, князя Черниговского, мученически скончавшегося в Орде в 1246 году. В то время все русские князья были в воле татарской, и в 1274 году святой Олег с отцом своим, князем Романом, по приказанию хана Менгу-Тимура участвовал вместе с татарами в войне против Литвы. По окончании похода Олег приехал из Новгорода Литовского во Владимир (на Волыни) к князю Владимиру Васильковичу волынскому, женатому на сестре святого Олега Ольге-Елене Романовне. После 1274 года он оставил княжение и принял иноческий постриг с именем Василий в Брянском Петропавловском монастыре, построенном на его средства. В этом монастыре святой благоверный князь скончался строгим подвижником около 1285 года и был погребен в монастырском храме. Память святого князя Олега Брянского Церковью празднуется в один день с памятью его деда, святого князя Михаила Черниговского, 20 сентября.

27 сентября (10 октября) 2010 года исполняется 575 лет со дня преставления преподобного Савватия Соловецкого († 1435).

Преподобный Савватий Соловецкий продолжил лучшие традиции русского монастырского подвижничества, заложенные веком раньше преподобным Сергием Радонежским. Не сохранилось известий, из какого города или села происходил преподобный Савватий, кто были его родители, и в каком возрасте он принял иноческий образ. Известно только, что во дни Всероссийского митрополита Фотия (1408—1431) достохвальный старец Савватий подвизался в Белозерском монастыре преподобного Кирилла. Безответное послушание игумену, терпение всяких монашеских скорбей, кроткая подвижническая жизнь стали приобретать ему уважение. Но твердо памятуя, что не от людей, а от Бога следует искать похвалы в здешней земной жизни, преподобный тяготился воздаваемой ему славой и потому непрестанно помышлял об удалении из Кириллова монастыря.

Услышав, что в Новгородской стороне на озере Нево (Ладожском) есть остров Валаам и на нем монастырь, отделяемый от мира водой, любитель смирения и безмолвия собрался идти на тихий остров. Белозерские иноки не без скорби расстались с подвижником Божиим. На Валааме Савватий явился таким же иноком послушливым, как и на Белом озере, и безответно выполнял поручения (не спрашивая и себя, для чего требуют того или другого), все принимая как от руки Самого Господа. Подражая многотрудным подвигам валаамских иноков и постоянно умножая свои труды, преподобный Савватий и здесь, как в монастыре Кирилловом, превзошел всех в подвижничестве. И скоро игумен и братия стали почитать его не как равного себе, но как отца. Преподобный стал опять жестоко скорбеть, тяготясь почитанием и похвалами братии, и вновь помышлял об отыскании безмолвного и уединенного места для своих подвигов.

Между тем преподобный узнал, что еще дальше на севере есть необитаемый Соловецкий остров, весьма нелегкий для пребывания на нем, только летом доступный для рыбаков. Загорелась душа пустыннолюбивого старца желанием пожить там в любезном безмолвии. Когда объявил он о своем желании игумену и братии, они никак не хотели расстаться с Савватием. Чудная ревность к суровым подвигам! Убеленный сединами старец ночью бежал с Валаама. Когда достиг он берега Белого моря и стал расспрашивать прибрежных жителей о Соловецком острове, они рассказали ему, что остров велик, с озерами, лесами, горами, но необитаем потому, что очень неудобно сообщение с ним. Этот рассказ еще более воспламенил в старце желание поселиться на нем. «Чем же ты будешь питаться и одеваться там, старец, когда ты так беден и дряхл?» — спросили люди, с которыми беседовал Савватий. Подвижник отвечал: «Я, чада, имею такого Владыку, Который природу старика делает юною, равно как и младенца возращает до лет преклонной старости. Он обогащает бедных, дает потребное нищим, одевает нагих и малою пищею досыта насыщает алчущих, подобно тому, как некогда в пустыни насытил Он пять тысяч человек пятью хлебами».

Некоторое время преподобный Савватий оставался в часовне, стоявшей вблизи устья реки Выги, в местечке Сороки. Там он встретился с подвизавшимся в отшельничестве преподобным Германом, и они вместе решили переселиться на остров. На утлой ладье, помолившись Богу, старцы отправились по суровому морю и через три дня достигли Соловецкого острова. Подвижники поселились около Секирной горы, где водрузили крест и поставили келию. Это было в 1429 году. Так было положено начало подвижничества на Соловках – подвижничества не менее трудного, чем в жарких пустынях Востока. На крайнем Севере нельзя было круглый год находить себе растительную пищу, нельзя было обойтись в суровые зимние холода без теплой одежды и жилья — все это нужно было доставать себе с великим трудом. И старцы Божии терпеливо переносили все перемены климата в своих убогих хижинках, согреваясь любовью ко Господу. Преподобные руками работали, а устами славословили Господа, приближаясь к Нему духом путем непрестанной молитвы и пения псалмов Давидовых. Вместе они жили здесь отшельниками шесть лет.

Здесь порой враг человечества диавол искушал святых старцев. Некий рыбак с женой, движимый чувством зависти, прибыл как-то на остров и поселился неподалеку от подвижников. Но Господь не допустил утвердиться мирянам рядом со старцами. Жене рыбака явились два светозарных юноши и высекли ее прутьями. «Уйдите от сего места, вы недостойны здесь жить, потому что Бог назначил его для пребывания иноков; скорее же уйдите отсюда, чтобы не погибнуть вам злою смертию». Рыбак испугался, быстро собрал вещи и поспешил вернуться на прежнее место жительства. С тех пор никто из мирян уже не дерзал селиться на Соловецком острове, и только рыбаки время от времени приезжали на остров для рыбного промысла.

По прошествии нескольких лет блаженный Герман удалился на реку Онегу, а преподобный Савватий с глубокой верой в Бога один остался на острове. Един только Всеведущий, свыше на Своего угодника призиравший Господь и святые Его ангелы, посещавшие Савватия, раба Божия, во плоти подражавшего бесплотным, знали, каково было его пребывание на острове, каков пост, каковы духовные подвиги! Нам же можно судить о трудах и лишениях подвижнической жизни преподобного по самому свойству того места, на котором он поселился. У преподобного старца, одиноко пребывавшего на отдаленном, никем не посещаемом морском острове, не могло быть другого дела, кроме упражнений в постоянных подвигах богомыслия.

Почувствовав в глубокой старости приближение смерти, преподобный Савватий стал помышлять о том, как бы ему сподобиться причащения Божественных Таин, чего он лишен был после отшествия из Валаамского монастыря. Помолившись о том Богу, он сел в небольшой челнок и после того, как по его молитве море утихло, переплыл в течение двух суток на другой берег моря. Выйдя на берег, он пошел по суше, желая дойти до находившейся на реке Выге часовни. Дорогою, по Промыслу Божию, он встретил игумена Нафанаила, который шел в дальнее селение причастить больного. Оба были рады этой встрече, и Савватий просил Нафанаила причастить его. «Иди к часовне, – отвечал игумен, – подожди меня там, я, причастив больного, утром рано возвращусь к тебе». – «Не отлагай до утра, – сказал преподобный, – ибо сказано: не весте, что утре случится (Иак. 4, 14)». Игумен причастил преподобного Христовых Таин и просил его, чтобы он подождал при часовне на реке Выге. Преподобный обещал исполнить его желание, если сие Господу угодно, и пошел к знакомой ему часовне. Чувствуя ослабление сил, он вошел в бывшую при часовне келию, готовясь к блаженной кончине.

В это время один богатый купец из Новгорода, по имени Иоанн, зашел помолиться в часовню, а потом и в келию. Преподобный благословил его и усладил душу полезной беседой. Богатый купец предложил святому Савватию свое подаяние, но преподобный сказал ему: «Мне не нужно ничего, раздай это бедным». И объявил ему как много значит подаяние милости. Купец опечалился, что преподобный не принял от него ничего, и святой старец с лаской любви сказал ему: «Останься, друг, да утра здесь, – не будешь жалеть о том, и путь твой будет спокоен». Иоанн однако же хотел отправиться в путь немедленно. Но едва вышел он из кельи, вдруг поднялась буря на море, и он поневоле остался ночевать. Когда настало утро, Иоанн пришел к келии, желая принять еще раз от преподобного напутственное благословение. Он с молитвой толкнул дверь, но ответа не было. Тогда он вошел в келью и, увидев преподобного, сидевшего в куколе и в мантии, с кадильницей в руке, сказал ему: «Прости, отче, что я осмелился войти к тебе. Благослови меня на путь, чтобы я совершил его благополучно, твоими святыми молитвами!»

Но преподобный не отвечал ему. Он уже почил о Господе. Это было 27 сентября 1435 года. Добрый купец, уверившись в кончине преподобного, умилился и заплакал. В это время пришел игумен Нафанаил. Он рассказал купцу, как вчера приобщил преподобного Святых Таин, а купец сказал, что удостоился слышать душеполезную беседу его. С надгробным пением игумен и купец похоронили святое тело подвижника.

Спустя год по кончине преподобного Савватия на пустынный и суровый Соловецкий остров прибыл уроженец селения Толвуя (близ озера Онеги), воспитанный родителями в благочестии, инок Зосима, постриженик неизвестной обители. Произошло это так. Зосима, желая видеть иноков собранными в общежитии и вдали от мирских людей, стал искать себе наставника и отправился на север к берегам Белого моря. И вот, по Промыслу Божию, он встретил Германа, жившего прежде со святым Савватием на Соловецком острове. Услышав от Германа о пустынном острове и о преподобном Савватии, Зосима просил Германа довести его до острова и научить пустынной жизни. Зосима с Германом отправились на Соловецкий остров.

Пребыв на остров, преподобные поставили себе кущу и в ней провели ночь в молитве. Утром святой Зосима вышел из кущи и увидел необыкновенный свет, который озарил его и все место, а на востоке – прекрасную церковь, явившуюся на воздухе. Опытный в духовной жизни Герман, видя его изменившееся лицо, понял, что Зосима имел некое видение, и спросил его: «Чего устрашился ты? Или ты увидел что-нибудь необычное?» Преподобный рассказал ему о чудном видении, а Герман – о тех чудесах, какие совершались на острове при святом Савватии. Зосима с радостью удостоверился, что Господь услышал желание его сердца и указал ему место для обители. С Божией помощью они стали рубить деревья и строить келии и построили с оградой двор. Господь помогал святым отшельникам. Так начала основываться преславная Соловецкая обитель.

Прошло уже 30 лет после блаженной кончины преподобного Савватия. Игумен Зосима, почитая его первым подвижником Соловецкого острова, скорбел душою, что мощи старца Божия покоятся на пустынном берегу Выги. В то же время игумен и братия Кирилловой обители писали Соловецким подвижникам: «Вы лишены великого дара – не с вами преподобный Савватий, который прежде вас потрудился для Бога на вашем месте, провел жизнь в посте и трудах, подвизался во всех добродетелях, как древние отцы; возлюбив Христа всей душой, удалился от мира и умер блаженной кончиной. Некоторые из братии нашей, бывшие в Великом Новгороде, слышали о старце Савватии повествование боголюбивого Иоанна, что он, путешествуя по торговым делам, сподобился видеть преподобного Савватия живым, слышал духовное поучение его и вместе с игуменом Нафанаилом погребал почившего. Тот же Иоанн сказывал братиям нашим, что по молитвам Савватия Господь сохранил от потопления на море брата его Феодора. Мы слышали, что при гробе его совершаются знамения и чудеса. Он угодил Господу. И мы сами – свидетели добродетельного жития его: блаженный отец довольно лет прожил с нами в дому Пресвятой Богородицы, в Кирилловом монастыре. Потому пишем к вашей святости и советуем: не лишайтесь такого дара, перенесите к себе преподобного и блаженного Савватия; пусть положены будут мощи его там, где много лет трудился он. Здравствуйте о Господе в вечную жизнь и о нас молитесь, боголюбивые, да избавимся от всех зол молитвами преподобного Савватия». Возвеселился духом игумен Зосима, прочитав послание. «Это не от людей, а от Бога!» – решили все его сподвижники. Немедленно отправились иноки к часовне на берегу Ваги. Когда раскопали уединенную могилу, то воздух наполнился благовонием, а когда открыли гроб, увидели нетленное тело, ни мало не повредившееся, и все одеяние целое. Перенесенные мощи положены были за алтарем Преображенского храма обители. Это было в 1465 году. С этого времени больные стали получать исцеление при гробнице Савватия.

Преподобный Зосима скончался 17 апреля 1478 года. Общецерковное празднование на Соборе 1547 года установлено на день преставления каждому преподобному. Совместное празднование, посвященное перенесению мощей обоих святых в 1566 году в храм в честь преподобных Зосимы и Савватия, совершается 8 августа. Первоначальные жития святых в дальнейшем значительно расширились описанием посмертных чудес преподобных, которые не прекращаются и по сей день. Соловецкие подвижники – одни из наиболее почитаемых в Русской Церкви святых. Верующие особо прибегают к их молитвам в морских плаваниях и различных недугах.

28 сентября (11 октября) 2010 года исполняется 1075 лет со дня преставления благоверного князя Вячеслава Чешского († 935).

Святой благоверный князь Вячеслав Чешский был внуком святой мученицы княгини Людмилы († 927, память 16 сентября). Воспитанный своей бабушкой в глубоком благочестии, святой взошел на княжеский престол еще юношей, после смерти своего отца. Несмотря на молодые годы, он управлял мудро и справедливо. Особо заботился князь о христианском просвещении народа, будучи сам широко образованным человеком, владевшим латинским и греческим языками. Святой Вячеслав был миролюбив, строил и украшал церкви, соорудил в столице Чехии Праге великолепный храм во имя святого Вита и почитал духовенство. Завистливые вельможи решили погубить святого и стали сначала настраивать его против матери, а затем подговаривать младшего брата, Болеслава, занять княжеский престол. Болеслав пригласил брата на освящение церкви, а затем просил его задержаться и погостить еще один день. Несмотря на предупреждения слуг, святой князь отказался верить в заговор и возложил всю надежду на Бога. Когда на следующий день, 28 сентября 935 года, благоверный Вячеслав шел к утрени, он был злодейски убит в дверях церкви родным братом и его слугами. Тело его было изрублено и брошено без погребения. Мать, услышав об убиении сына, нашла его и положила в недавно освященной церкви при княжеском дворце. Кровь, пролитую в церковных дверях, не могли отмыть, а через три дня она исчезла сама. Раскаявшийся братоубийца перенес мощи святого Вячеслава в Прагу, где они были положены в церкви во имя святого Вита, которую построил сам мученик (перенесение мощей святого Вячеслава празднуется 4 марта). Память благоверного князя Вячеслава издревле чтится в Русской Православной Церкви.

12 (25) октября 2010 года исполняется 65 лет со дня преставления священноисповедника Николая (Могилевского), митрополита Алма-Атинского и Казахстанского.

9 апреля 1877 года, в день Светлого праздника Пасхи, в семье скромного псаломщика села Комиссаровки, Верхне-Днепровского уезда, Екатеринославской губернии, Никифора и супруги его Марии родился сын. Назвали его Феодосием, в честь святого мученика Феодосия.

«Отец у нас был строг, – вспоминал владыка, – он был очень требовательным к порядку и исполнению заданных нам работ». Он был большим знатоком церковного пения. Особенно радел он о пении общенародном и эту любовь прививал своим детям. О матери владыка Николай вспоминал: «Мама наша была сама любовь. Она никогда не кричала на нас, а если мы провинимся, что, конечно, бывало, то она посмотрит так жалобно, что станет ужасно стыдно». Большое значение в воспитании Феодосия имела его бабушка Пелагия. «Долгими зимними вечерами, – вспоминал Владыка, – забирала нас бабушка на печь, и начинались нескончаемые рассказы о святых угодниках Божиих». Часто вспоминал Владыка и своего дедушку, который был священником.

В 1904 году исполнилась заветная мечта Феодосия: в канун праздника Святителя Николая Чудотворца, в Нило-Столобенской Пустыни Феодосий был пострижен в мантию с именем Николай. В мае 1905 года монаха Николая рукоположили в сан иеродиакона, а 9 октября того же года – в иеромонаха. По настоянию братии в 1907 году отец Николай поступил в Московскую Духовную академию, которую через 4 года успешно закончил.

В октябре 1919 года в Чернигове архимандрит Николай был хиротонисан во епископа Стародубского, викария Черниговской епархии. Дальнейшее служение епископа Николая проходило под благодатным покровительством Святителя Феодосия Черниговского, которого Владыка очень почитал.

В 1923 году преосвященный Николай был назначен епископом Каширским, викарием Тульской епархии, в которой в то время было очень тяжелое положение. Обновленцы захватили подавляющее большинство приходов. Но со своей маленькой паствой епископ Николай упорно боролся против врагов Православия. Исходом этой борьбы был арест владыки, последовавший 8 мая 1925 года.

Проведя в заключении более двух лет и освободившись, владыка Николай был назначен на Орловскую кафедру. В Орле владыка служил до следующего своего ареста. Вот что рассказывал сам владыка о том времени: «27 июля 1932 года я был арестован и отправлен в Воронеж, где велось следствие. Об условиях жизни говорить не приходится, потому что в те годы вся наша страна испытывала нужду. Когда следствие подошло к концу, мы со следователем расставались друг с другом с сожалением. Он доверительно сказал мне: "Я рад, что хоть какую-то пользу принес вам своим расследованием, что мне удалось доказать правильность ваших показаний, а это для вас немало значит – теперь вам переквалифицируют статью и дадут не больше пяти лет вместо ожидаемых десяти". "За что же мне дадут пять лет?", – невольно вырвалось у меня. "За вашу популярность. Таких, как вы, на некоторое время надо изолировать, чтобы люди забыли о вашем существовании. Вы имеете слишком большой авторитет среди народа и ваша проповедь имеет большое значение для народа. За вами идут!" Неожиданно было для меня услышать оценку моего служения из уст представителя данного учреждения, но это было именно так. "Господи! Слава Тебе! Слава Тебе, Господи! Я, грешник, как умел, так и служил Тебе! – только и мог я произнести от радости, наполнившей мое сердце, – Теперь уже никакой срок не будет страшить меня"».

Вспоминая свои странствия по лагерям, владыка много рассказывал о Сарове, где он пробыл довольно долгое время: «После закрытия и разорения монастыря в его помещениях был образован исправительно-трудовой лагерь, в который я и попал. Когда я переступил порог этой святой обители, сердце мое исполнилось такой невыразимой радости, что трудно было ее сдержать. "Вот и привел меня Господь в Саровскую пустынь, – думал я, – к преподобному Серафиму, к которому в течение моей жизни неоднократно обращался я с горячей молитвой". Я перецеловал в монастыре все решеточки и все окошечки. В те времена была еще цела келья преподобного Серафима. Я все то время, что пребывал в Сарове, так и считал, что нахожусь на послушании у преподобного Серафима, по молитвам которого Господь посылает нам такое утешение, что мы можем служить в заключении Литургию и причащаться Святых Христовых Таин».

В 1941 году владыка Николай был возведен в сан архиепископа. Весть о начале Великой Отечественной войны застала владыку в преддверии совершения им Божественной литургии. «Я служил проскомидию, – вспоминал владыка, – когда один из моих друзей в тиши алтаря сообщил мне эту ужасную весть. Что я мог сказать пастве, в слезах ожидавшей не моего, а Христова утешения? Я только повторил то, что сказал некогда святой Александр Невский: "Не в силе Бог, а в правде!" В тот год 22 июня праздновалась память Всех святых, в земле Русской просиявших. Думаю, в этом есть особый смысл. По грехам нашим понесли мы тогда тяжелое испытание, но святые земли Российской не оставили нас своим заступничеством. Мы обращались к ним, нашим землякам, за помощью и эта небесная помощь явилась тогда, когда ее трудно было ожидать».

И вслед за этой вестью архиепископа Николая постигло новое испытание – 27 июня 1941 года владыка был арестован и помещен в тюрьму города Саратова. Пробыв в Саратове в общей сложности шесть месяцев, владыка Николай был направлен в Казахстан, в город Актюбинск, а оттуда через три месяца в город Челкар Актюбинской области.

Когда много лет спустя владыке задали вопрос, как он отнесся к этому переселению, не было ли в его сердце ропота или обиды, владыка отвечал: «На все воля Божия. Значит, было необходимо перенести мне это тяжелое испытание, которое закончилось большой духовной радостью. А вы подумайте, что будет, если человек всю жизнь станет проводить в неге и довольстве, в окружении близких и родных людей? Жизнь, пресыщенная благами земными, приводит к окаменению сердца, к охлаждению любви к Богу, к ближнему. Человек от излишеств становится жестоким, не понимающим чужого горя, чужой беды».

Владыка ехал на вольную ссылку, но в арестантском вагоне. На станцию Челкар поезд прибыл ночью. Охранники вытолкали владыку на перрон в нижнем белье и рваном ватнике. В руках у владыки было только удостоверение, с которым он должен два раза в месяц являться в местное отделение НКВД на отметку. Оставшуюся часть ночи владыка пересидел на вокзале. Настало утро. Надо было куда-то идти. Но как идти зимой в таком виде? Да и идти было некуда. Владыке пришлось обратиться за помощью к старушкам, и на его просьбу откликнулись добрые женские сердца. Старушки подали ему: кто – телогрейку, кто – шапку, кто – залатанные валенки. Одна старушка приютила его в сарае, где у нее находились корова и свинья. Владыке в это время шел уже 65-й год. Голова его была бела, и вид его невольно вызывал сострадание. Владыка пытался устроиться на работу, но никто не брал его, – он выглядел старше своих лет. Он вынужден был собирать милостыню, чтобы не умереть с голоду.

Впоследствии, когда духовные чада спрашивали у владыки: «Почему Вы не сказали старушкам, которые дали Вам одежду, что вы – епископ?», владыка отвечал: «Если Господь посылает крест, Он же и силы дает, чтобы его нести, Он же его и облегчает. В таких случаях не должна проявляться своя воля, нужно всецело предаваться воле Божией. Идти наперекор воле Божией недостойно христианина, и после того, как человек терпеливо перенесет посланные ему испытания, Господь посылает духовную радость».

До глубокой осени 1942 года владыка продолжал влачить свое нищенское существование. Физические силы его были на исходе. От недоедания и холода у него развилось худосочие, тело его было покрыто нарывами, от грязи завелись вши. Силы покидали не по дням, а по часам. И вот пришел момент, когда иссякли последние силы, и владыка потерял сознание. Очнулся он в больнице, в чистой комнате, в чистой постели. Было светло и тепло, над Владыкой склонились люди. Он закрыл глаза, решив, что все это ему кажется. Один из склонившихся проверил пульс и сказал: «Ну вот, почти нормальный! Очнулся наш дедушка!» Поправлялся владыка медленно. А когда поднялся с постели, сразу же стал стараться принести пользу окружающим. Кому воды подаст, кому судно принесет, кому постель поправит, кому скажет доброе слово. В больнице полюбили этого доброго старичка. Все стали называть его ласково: «Дедушка». Но только один молодой врач знал трагедию этого «дедушки», знал, что выпиши его из больницы, и опять пойдет он просить милостыню и жить рядом с коровой и свиньей.

И вот настал день, когда врачу предложили выписать «дедушку» из больницы. Владыка Николай стал молиться Господу, снова отдавая себя в Его волю: «Куда Ты, Господи, пошлешь меня, туда и пойду!» И вот, когда все собрались проститься с добрым «дедушкой», вошла нянечка и сказала: «Дедушка, за вами приехали!» «Кто приехал?», – спросили все разом. «Да тот самый татарин, который вам иногда передачи приносил, разве не помните?» Конечно, владыка не мог забыть, как регулярно, через каждые десять дней, ему передавали от какого-то незнакомого ему татарина пару татарских лепешек, несколько яиц и несколько кусочков сахара. И еще знал владыка, что именно этот татарин подобрал его, полуживого, без памяти лежащего на дороге, и отвез в больницу. Ошеломленный, владыка пошел к выходу. Действительно, у больничных дверей стоял татарин с кнутом в руках. «Ну, здоров, бачка!», – сказал он владыке и улыбнулся добродушной улыбкой. Владыка тоже поздоровался с ним. Вышли на улицу, татарин посадил владыку в сани, сел сам, и они поехали. Был конец зимы 1943 года. «Почему вы решили принять участие в моей жизни и так милостиво отнеслись ко мне? Ведь вы меня совсем не знаете», – спросил владыка. «Надо помогать друг другу, – ответил татарин, – Бог сказал, что мне надо помогать тебе, надо спасать твою жизнь». «Как сказал вам Бог?», – изумленно спросил владыка. «Не знаю как, — ответил татарин, – когда я ехал по своим делам, Бог сказал мне: "Возьми этого старика, его нужно спасти"».

Для владыки началась спокойная жизнь. Татарин имел связи и смог устроить так, что через некоторое время в Челкар приехала Вера Афанасьевна Фомушкина, его духовная дочь, которая также была сослана, но в другую местность. Вера Афанасьевна не стала скрывать от окружающих, кто такой тот «дедушка», которого заботливо выходили челкарцы.

10 октября 1944 года владыка сам направил в НКВД «усердную просьбу», в которой просил снять с него звание «вольного ссыльного», разрешить уехать в Россию «и там занять епископскую кафедру по назначению Патриаршего Синода». Постановлением Особого совещания при НКВД от 19 мая 1945 года владыка Николай был освобожден досрочно. 5 июля 1945 года постановлением Священного Синода была образована Алма-Атинская и Казахстанская епархия, управляющим которой был назначен архиепископ Николай (Могилевский).

Владыка прибыл в Алма-Ату 26 октября 1945 года в день празднования Иверской иконы Божией Матери. Необыкновенная ревность была у Владыки к богослужениям, которые он совершал с максимальным для приходского храма приближением к монастырскому уставу. Служил он всегда благоговейно, никогда не спешил. А когда хор заторопит службу, он сейчас же выглянет из алтаря и спросит: «Кто тут на поезд спешит?» Всем станет стыдно, и хор сразу замедляет темп.

Усердный молитвенник, особенно любил и почитал владыка Божию Матерь. К большому духовному утешению своей паствы, в праздник Успения Пресвятой Богородицы Владыка, впервые в Алма-Ате, стал совершать дивный чин погребения Плащаницы.

Молитвенное настроение не покидало владыку и во все дни его болезни. В воскресение 23 октября 1955 года после последнего своего причащения Святых Христовых Таин, когда монахини в столовой запели было «Совет превечный…», владыка из спальни, напрягая голос, закричал им: «Матушки, матушки, на этом поставим точку. Теперь начнем чин погребения епископа». Пение прекратили, но слез удержать не могли. Особенно напряженно и громко молился владыка в ночь с 23 на 24 октября. Можно было расслышать слова: «Господи, не осуди мя по делом моим, но сотвори со мною по милости Твоей!» Много раз повторял с глубоким чувством: «Господи! Милости прошу, а не суда!»

В понедельник 24 октября накануне смерти Владыка еще немного говорил. Он сказал каждому что-либо особенно ласковое, как бы прощаясь. Около 5 часов вечера сделался у него сердечный приступ с острой болью, после которого он уже не говорил и лежал с закрытыми глазами. Во вторник утром он нашел в себе силы несколько раз перекреститься при чтении у его одра акафиста святой великомученице Варваре.

В 5-м часу дня 25 октября окружающие заметили приближение конца. Стали читать отходную, дали в руки Владыке зажженную свечу, и с последними словами канона на исход души святитель тихо и спокойно испустил свой последний вздох. Это было в 16 часов 45 минут, когда в Никольском соборе зазвонили к вечерне в канун празднования Иверской иконы Божией Матери, Которой Владыка так любил сам возглашать: «Радуйся, Благая Вратарнице, двери райские верным отверзающая!»

28 октября 1955 года епископ Ташкентский и Среднеазиатский Ермоген (Голубев) с сонмом духовенства отпел Владыку Николая в кафедральном соборе Алма-Аты. Всю дорогу от храма до кладбища (а это около 7 км) гроб с дорогими останками несли на руках. За гробом следовали тысячи людей, пришедших поклониться любимому Владыке. Кладбище было переполнено так, что шествовавшее за гробом духовенство с трудом достигло могилы. Отслужили литию, и преосвященный Ермоген предал земле тело почившего Святителя.

Когда всё было совершено и возвысился могильный холм, покрытый венками, в тишине спустившихся сумерек, при сиянии луны, все присутствующие пропели тропарь Благой Вратарнице, двери райские верным отверзающей.

29 (11 ноября) октября 2010 года исполняется 1650 лет со дня преставления преподобного Аврамия затворника и блаженной Марии, племянницы его († 360).

Преподобный Аврамий затворник и блаженная Мария, племянница его, подвизавшиеся в селении Хидана, близ города Эдессы, были современниками и соотечественниками преподобного Ефрема Сирина († ок. 373–379), который впоследствии написал об их жизни. Преподобный Аврамий начал трудный подвиг уединенного жития в расцвете своих лет. Он покинул родительский дом и поселился в пустынном месте, вдали от мирских соблазнов, проводя дни свои в беспрестанной молитве. После смерти родителей святой отказался от наследства и просил родных раздать его нищим. Строгой подвижнической жизнью, кротостью и человеколюбием Аврамий привлекал к себе многих, ищущих духовного совета, молитвы, благословения. Вскоре вера его подверглась серьезному испытанию: он был назначен пресвитером в одно из языческих селений Месопотамии. Три года, не жалея сил, трудился преподобный над просвещением язычников. Он разрушил языческое капище и построил Божий храм. Смиренно перенося поругания и даже тяжкие побои от сопротивлявшихся идолопоклонников, он в молитвах призывал Господа: «Призри, Владыка, на раба Твоего, услыши мою молитву, укрепи меня и освободи рабов Твоих от уз диавольских и даруй им познать Тебя, Единого Истинного Бога». Ревностному пастырю было даровано счастье увидеть завершение своих праведных трудов: язычники уверовали в Иисуса Христа, Сына Божия, и преподобный сам крестил их. Выполнив священный долг, Аврамий вновь удалился в свою пустынь, где продолжал прославлять Бога, исполняя Его святую волю. Диавол, посрамляемый подвигами преподобного, попытался прельстить его помыслом гордости. Однажды в полночь, когда святой Аврамий молился в своей келии, внезапно воссиял свет и послышались слова: «Блажен ты, блажен, как никто из людей!». Разгадав вражии козни, святой сказал: «Я – человек грешный, но надеюсь на помощь и благодать Бога моего и не боюсь тебя». В другой раз диавол явился пред святым в образе юноши, зажег свечу и начал петь псалом: Блаженни непорочнии в путь, ходящии в законе Господни (Пс. 118, 1). Поняв, что и это бесовское наваждение, старец перекрестился и спросил: «Если ты знаешь, что непорочнии блажени, то зачем ты беспокоишь их?» Искуситель ответил: «Я досаждаю им, чтобы победить их и отвратить от всякого доброго дела». На это святой сказал: «Ты одерживаешь победу над отступившими от Бога по своей воле, а от любящих Бога ты исчезаешь, как дым от ветра». После этих слов диавол исчез. Так побеждал святой Аврамий врага, укрепляемый Божественной благодатью. После пятидесятилетней подвижнической жизни он мирно отошел ко Господу.

Преподобная Мария, племянница святого Аврамия, выросла, назидаемая его духовными наставлениями. Но враг рода человеческого сумел совратить ее с истинного пути. На двадцать седьмом году жизни она, оставив свою келию, ушла в другой город и начала жить распутно. Узнав об этом, преподобный Аврамий оделся в воинские доспехи, чтобы не быть узнанным, и отправился в город. Он разыскал племянницу и привел ее к покаянию. Преподобная Мария вернулась в свою келию и всю дальнейшую жизнь провела в молитвах и слезах раскаяния. Господь удостоил ее дара исцеления болезней. Скончалась она через пять лет после преподобного Авраамия.

16 (29) ноября 2010 года исполняется 1950 лет со дня преставления святого апостола и евангелиста Матфея.

Апостол Матфей, иначе называемый Левием, сын Алфея, жил в Галилейском городе Капернауме. Он был мытарем, сборщиком пошлин, и соотечественники презирали и чуждались его, как и всех мытарей. Однажды Господь, во время пребывания Своего в Капернауме, вышел из города и пошел к морю, сопровождаемый народом. На берегу Он увидел Матфея, сидящего у мытницы, и сказал ему: «Иди за Мной!» Услышав призыв Господа, Матфей тотчас же встал и, оставив все, последовал за Христом. В радости он приготовил в доме своем большое угощение, к нему собралось множество соседей, друзей и знакомых. Все возлежали за столом вместе с Иисусом и учениками Его. Там же случилось быть и некоторым из книжников и фарисеев. Они, видя, что Господь возлежит рядом с грешниками и мытарями, роптали и говорили ученикам Его: «Как это Учитель ваш ест и пьет с мытарями и грешниками? Господь же сказал им: Не здоровые имеют нужду во враче, но больные… Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мф. 9, 11–13).

В скором времени Матфей удостоился быть причисленным к двенадцати избранным апостолам, вместе с которыми он сопровождал Господа в путешествиях по Галилее и Иудее, внимал Его Божественному учению, видел бесчисленные Его чудеса, был и свидетелем крестных страданий и искупительной смерти Спасителя и Вознесения Его на небо.

По Вознесении Господнем и Сошествии Святого Духа на апостолов, святой Матфей вместе с другими апостолами проповедовал Евангелие в Иерусалиме и его окрестностях. Но наступило время разойтись апостолам из Иерусалима по разным народам, чтобы по всей земле было возвещено слово Божие. Матфею по жребию досталась Эфиопия. Пред его отбытием иерусалимские христиане из иудеев просили записать для них дела и учение Иисуса Христа. И святой Матфей, исполняя их желание, написал Евангелие. Было это спустя 8 лет по Вознесении Христовом (около 41 года по Рождестве Христовом).

Святой апостол Матфей проповедовал во многих странах: в Македонии, Сирии, Персии, Парфии, Мидии. Обошел и всю Эфиопию – свой жребий – просвещая ее светом разума Евангельского. Там, наставляемый Духом Святым, в земле людоедов, в городе, называемом Мирмены, создал он небольшую церковь и поставил им епископом спутника своего Платона.

Однажды апостол восшел на находившуюся вблизи гору и пребывал там в посте, молясь Богу об обращении того неверного народа. И явился ему Господь в образе прекрасного юноши. В правой руке Его был жезл. Протянув святому жезл, Он повелел ему сойти с горы и водрузить жезл при дверях устроенной им церкви. «Жезл этот, – сказал Господь, – силою Моею вырастет в высокое дерево, и дерево то принесет обильный плод, величиною и сладостью превосходящий все другие садовые плоды; а от корня его истечет источник чистой воды. Омывшись в воде источника, людоеды получат благолепие лица, и всякий, кто вкусит от того плода, позабудет зверские нравы и станет добрым и кротким человеком». Матфей, приняв жезл из руки Господней, пошел в город исполнить повеление Божие.

У князя того города, именем Фульвиана, жена и сын были одержимы бесами. Встретив на пути апостола, они вопили дикими голосами: «Кто послал тебя сюда с этим жезлом на нашу пагубу?» Святой запретил духам нечистым и изгнал их, а исцелившиеся жена и сын князя поклонились апостолу и последовали за ним.

Вошедши в город и приблизившись к церкви, апостол водрузил у входа данный ему от Господа жезл. И тотчас в виду всех жезл сделался великим деревом, простирающим многолиственные ветви, на нем появились прекрасные плоды, и источник воды истек от корня. Весь город сошелся на такое чудо, все вкушали плоды дерева и пили чистую воду. А святой апостол Матфей, стоя на высоком месте, проповедовал собравшимся людям слово Божие на их языке. Всех уверовавших в Господа апостол крестил в чудотворном источнике.

Князь, узнав о случившемся, сначала порадовался исцелению жены и сына, но потом, по действию бесовскому, разгневался на апостола за то, что весь народ стал приходить к нему, оставляя богов своих, и замыслил погубить его. В ту же ночь апостолу явился Спаситель, повелевая ему мужаться и обещая пребывать с ним в наступающей скорби. Когда наступило утро, и апостол в церкви вместе с верующими воспевал хвалу Богу, князь послал четырех воинов взять его, но только они подошли к храму Господню, тотчас объяла их тьма, и они едва могли возвратиться назад. Когда их спросили, почему они не привели Матфея, они отвечали: «Мы слышали, как он беседовал, но видеть и взять его не могли».

Еще сильнее разгневался Фульвиан. Он послал еще более воинов с оружием, повелев им силою привести Матфея. Но и эти воины воротились ни с чем, ибо, когда они приблизились к храму, небесный свет осиял апостола, и воины, будучи не в состоянии смотреть на него, пришли в великий страх. Бросив оружие, они прибежали назад и рассказали все бывшее князю. Фульвиан пришел в ярость и сам вместе со слугами отправился к апостолу, чтобы схватить его. Но едва он успел приблизиться к святому, как внезапно ослеп и сталь просить, чтобы ему дали проводника. Тогда он начал умолять святого простить его и просветить его ослепленные очи. Апостол, сотворив знамение креста на очах князя, даровал ему прозрение. Князь прозрел, но злоба вновь ослепила его, и он приписал чудо не Божией силе, а волхвованию. Взяв за руку апостола, он повел его к своему дворцу, якобы желая почтить его, а в сердце замышляя сжечь апостола Господня, как волхва. Но апостол, провидя его лукавый замысел, обличил князя, говоря: «Мучитель льстивый! Скоро ли ты совершишь то, что замыслил сделать со мною? Делай то, что сатана вложил в твое сердце, а я, как видишь, готов все перенести за Бога моего».

Тогда князь повелел воинам схватить святого Матфея и растянуть на земле лицом кверху, а руки и ноги крепко прибить гвоздями. Когда это было сделано, слуги собрали, по повелению мучителя, множество ветвей и хворосту, принесли смолы и серы и, положив все это на святого Матфея, зажгли. Огонь сильно разгорелся, и все думали, что апостол Христов уже сгорел. Но внезапно пламя угасло, и святой оказался живым, невредимым и славящим Бога. Видя это, весь народ пришел в ужас от столь великого чуда и воздал хвалу Богу апостола. Но Фульвиан еще более разъярился, не желая признавать в происшедшем Божию силу. Он возводил на праведника беззаконное обвинение, называя его волхвом. «Волхвованием, – говорил он, – погасил Матфей огонь и остался жив». Затем он приказал принести еще более дров, ветвей и хворосту, зажечь, а сверху поливать смолою; кроме того, приказал принести двенадцать своих золотых идолов и, поставив их кругом огня, призывал их на помощь, чтобы силою их Матфей не мог избавиться от пламени. Апостол же в пламени молился Господу, чтобы Он явил непобедимую силу Свою, показал бессилие богов языческих и посрамил надеющихся на них.

Внезапно пламень с громом устремился на золотых идолов, и они растаяли от огня, и многие из стоявших вокруг неверных были опалены; а из расплавившихся идолов вышло пламя в образе змея и устремилось на Фульвиана, угрожая ему, так что он не мог убежать и избавиться от опасности, пока не воззвал со смиренной мольбой к апостолу об избавлении от погибели. Апостол запретил огню, и тотчас пламень угас, и подобие огненного змея исчезло. Фульвиан хотел с честью извести святого из огня, но он, сотворив молитву, предал святую свою душу в руки Божии.

Тогда князь приказал принести золотой одр и на нем положить честное тело апостола, неповрежденное огнем, и, одев его в драгоценные одежды, поднял вместе со своими вельможами и внес в свой дворец. Но, не имея еще совершенной веры, повелел выковать железный ковчег, плотно залить со всех сторон оловом и бросить в море, говоря своим вельможам: «Если Тот, Кто сохранил Матфея целым от огня, сохранит его также и от потопления в воде, то воистину Он есть Единый Бог, и Ему будем поклоняться, оставив всех богов наших, не могших себя избавить от гибели в огне». Железный ковчег с честными мощами был брошен в море. В ту же ночь святой явился епископу Платону и сказал: «Завтра иди на морской берег, на восток от княжеского дворца, и там возьми мои мощи, вынесенные на сушу». На утро епископ в сопровождении множества верующих отправился на показанное место и нашел железный ковчег с мощами святого апостола Матфея, как было ему возвещено в видении.

Узнав об этом, пришел и князь со своими вельможами и, на этот раз уже вполне уверовав в Иисуса Христа, громогласно исповедал, что Он есть Единый истинный Бог, Который сохранил невредимым раба своего Матфея – как при жизни в огне, так и по смерти – в воде. И припадая к ковчегу с мощами апостола, просил у святого прощения в своих прегрешениях пред ним и изъявил сердечное желание креститься. Епископ Платон, видя веру и усердие Фульвиана, огласил его и, научив истинам святой веры, крестил. И когда возложил руку свою на голову его и хотел наречь ему имя, послышался свыше голос, говорящий: «Назови его Матфеем».

Приняв, таким образом, в крещении имя апостола, князь старался быть подражателем и жизни апостола: вскоре он, передав другому свою княжескую власть, отказался совершенно от мирской суеты, предался молитве в церкви Божией и епископом Платоном удостоен был пресвитерского сана. А когда по прошествии трех лет епископ умер, оставившему власть княжескую пресвитеру Матфею явился в видении святой апостол Матфей и увещал его принять епископский престол после блаженного Платона. Приняв епископство, Матфей усердно трудился в благовестии Христовом и, отвращая от идолопоклонства, многих привел к истинному Богу, а затем и сам отошел к Нему, и, предстоя престолу Божию со святым евангелистом Матфеем, молит о нас Господа, дабы и мы были наследниками вечного Царствия Божия.

20 декабря 2010 года (2 января 2011 года) исполняется 575 лет со дня преставления преподобного Игнатия, архимандрита Печерского († 1435).

Преподобный Игнатий от юности соблюдал себя в чистоте и непорочности. Принявши на себя иноческий чин, святой своей жизнью, кротостью и любовью ко всем обратил на себя взоры окружающих. Братия по монашеству так любили и уважали его, что единогласно избрали его настоятелем, руководителем и пастырем иночествующих в Печерской обители. Но святой Игнатий, став выше других саном, не ослабевал в монашеских подвигах; напротив, постом, молитвою и смирением он превосходил братию. Его усердные молитвы и священнослужения чудотворно действовали на других. Болящие исцелялись его молитвою и даже одним вкушением просфоры, на которой он священнодействовал.

В общей службе Киево-Печерским святым, почивающим нетленными мощами в Дальних (Феодосиевых) пещерах, о нем сказано: «Игнатие, пастырю иночествующих и целителю болящих, в недузех наших пособствуй тя почитающим, да в памяти твоей песнь хвалы Богу нашему принесем» (1-я песнь канона, 5-й тропарь). Достигши старости, преподобный Игнатий отошел ко Господу.

23 декабря 2010 года (5 января 2011 года) исполняется 700 лет со дня преставления святителя Феоктиста, архиепископа Новгородского († 1310).

О времени и месте рождения святого Феоктиста, а также о его родителях не сохранилось никаких известий. Из его жизни до святительства известно только то, что он был игуменом Благовещенского монастыря близ Новгорода. По смерти архиепископа Климента в 1300 году новгородцы избрали его владыкой, и митрополит Максим с епископами Симеоном Ростовским и Андреем Тверским рукоположили святителя Феоктиста во епископа Новгородского.

Главной заботой владыки Феоктиста было восстановление и постройка храмов. В 1300 или 1301 году по благословению владыки была заложена каменная церковь во имя Архангела Михаила на Михайловской улице и через два года освящена. В 1301 году новгородцы срубили четыре деревянных храма, в 1302 году заложили каменную церковь во имя святых князей-мучеников Бориса и Глеба и храм на княжеском дворе во имя святых отец Первого Вселенского Собора. При нем же была благоустроена обитель на Валааме. В 1307 году, после семи лет управления новгородской паствой, святитель по слабости здоровья удалился в Благовещенский монастырь, где, предавшись подвигу безмолвия, жил до самой смерти.

23 декабря 1310 года святитель Феоктист мирно почил. Почитание его памяти началось вскоре после кончины святого вследствие множества чудесных исцелений от его мощей. В Благовещенском монастыре было установлено местное празднование ему, и устроен придел в его честь. Прославление святого Феоктиста совершилось в 1664 году. Князь Василий Ромодановский, наместник Новгорода, велел устроить над гробом святителя часовню и над мощами раку с ликом святителя.

В 1786 году по ходатайству митрополита Петербургского Гавриила мощи святителя Феоктиста с разрешения Священного Синода были перенесены из упраздненного Благовещенского монастыря в Георгиевский и положены в храме под спудом, у иконостаса, по левую сторону алтаря. В 1827 году архимандрит Фотий устроил здесь придел во имя святителя Феоктиста.