Моя мама, Раиса Владимировна, родилась в начале XX века. Ко времени инициирования безбожной властью обновленческого раскола она была хоть и юным, но уже взрослым человеком. Однажды она посетила Андреевский собор на Большом проспекте Васильевского острова, который был тогда кафедрой обновленческого «митрополита» Николая Платонова, и рассказала своей семье (а потом и до меня дошел ее рассказ), как она была поражена тем, что на архиерейскую кафедру посреди храма для облачения в архиерейские одежды перед началом Литургии взошел некий господин в синем костюме и в галстуке, как иподиаконы совлекали с него костюм и развязывали галстук, а потом налагали на него священные ризы. Можете себе представить, как одна эта картинка была противна традициям и в каком-то смысле вере нашего народа! Вот народ и не принял обновленчество, и не сумели обновленцы занять место святителя Тихона, хоть и требовали от него отречения. Вместо отречения святитель подписал некое завещание. Рискуя собой, Святейший Владыка сказал о том, кто же пришел к власти, какие волки пытаются расхитить законную каноническую власть Церкви, и призвал не принимать раскольников, не поминать их имен, не сослужить с ними, не молиться с ними. За одно только хранение этого письма мой благочестивый дед был арестован и отправлен в ссылку. Вот так безбожная советская власть в то время оберегала обновленцев, пытаясь всячески обрушить авторитет Святейшего Тихона.